Бабушка Ганна не умела читать. Об этом в нашей семье не говорили — не потому что стыдились, а потому что так сложилось: не говорили, и всё. Она выросла в маленьком селе в Полтавской области, война застала её в семь лет, школы не было, потом колхоз, потом жизнь которая шла вперёд не спрашивая успела ли ты….
Я растила Алину одна с трёх лет. Это не было трагедией в кино — просто жизнь сложилась так. Мы с её отцом разошлись тихо, без драм, он уехал, иногда приходил. Потом совсем перестал. Мы с Алиной справлялись. Это не красивое слово — «справлялись». В нём нет лёгкости и нет элегантности. Справлялась — это когда не…
Мы с Мишей потеряли связь в апреле. Миша — мой сын, ему двадцать три года. Когда началось всё — он был в Запорожье, я в Херсонской области. Потом — движение, переезды, нестабильность связи, разные маршруты. Я уехала, он уехал, мы оба думали что скоро — что это временно. Временно растянулось. Телефон менялся. Его номер не…
Моей дочери Соне было восемь лет когда у нас в семье случилось трудное время. Я не буду описывать детали — это личное и не об этом история. Скажу только: несколько месяцев были тяжёлыми. Я работала, тянула дом, справлялась — или думала что справляюсь. Соня ходила в школу, делала уроки, ела, спала. Всё было нормально. Я…
Дедушка Сергей умер в феврале, в восемьдесят один год. Тихо, дома, во сне — так как хотел бы уйти любой человек если бы мог выбирать. Он прожил хорошую жизнь — инженер, отец троих, дед пятерых, муж одной женщины пятьдесят шесть лет. Бабушка Галина умерла за четыре года до него. После похорон мы разбирали его вещи…
Мой муж Василь не говорит «я тебя люблю». Нет, не потому что не любит — я это знаю. Я знаю это столь же твёрдо как знаю своё имя. Но за четырнадцать лет брака я могу посчитать на пальцах одной руки сколько раз он произносил эту фразу. На важных событиях. На юбилеях. Один раз — когда…
Андрей уехал в сентябре. Ему двадцать два, он поступил в магистратуру в Киеве, мы живём во Львове — расстояние небольшое, но это другой город, другая жизнь. Я помогала ему собираться, возила коробки, делала всё что делают мамы когда дети уезжают: суетилась, говорила «не забудь», «позвони», «там холодно — возьми шапку». Андрей всё брал и кивал…
Мы с Иркой не разговаривали восемь лет. Это звучит как много — потому что это и есть много. Восемь лет — это почти треть нашей жизни. За восемь лет успевают вырасти дети, измениться города, умереть люди которых любишь. У нас за эти восемь лет случилось всё это — и мы не знали что происходит у…
Папа уехал в Польшу в марте, когда мне было семь лет. Я помню этот день не целиком — отдельными кусками, как помнишь вещи в детстве: запах его куртки когда он обнимал меня, мамин голос из кухни, большая чёрная сумка у двери. Я помню что он сказал: «Даша, я скоро вернусь». Я помню что кивнула. Я…
Всё началось с простого вопроса. Бабушка Лида — ей шестьдесят восемь, она учительница на пенсии, любит читать и знает наизусть много стихов — спросила внука Дениса: «Денис, что такое «мем»? Люда из нашего клуба сказала что отправила кому-то мем. Я не знаю что это». Денис — ему четырнадцать, он типичный подросток которому кажется что взрослые…