«Немецкий лётчик упал в украинское поле. Крестьянка его выходила. Через 50 лет он вернулся»
Ганна Максимівна Шевченко нашла немецкого лётчика в своём поле ранним утром.
Август 1943 года.
Самолёт упал ночью — Ганна слышала. Не пошла сразу — ночью страшно. Утром, когда рассвело, пошла.
В пшенице — молодой немецкий офицер. Жив — еле. Нога сломана, ожоги на руках, без сознания почти.
Ганна стояла над ним.
Она была одна — муж Данило на фронте с 1941-го. Двое детей — восемь и десять лет.
Немецкий лётчик в её поле.
Она думала: если уйти — он умрёт. Если оставить — то же.
Если привести немцев — они его заберут. Если не привести — они спросят почему не сказала.
Она взяла его за руки.
Потащила к хате.
Двести метров — она была небольшой женщиной, он был рослый молодой мужчина. Двести метров — полтора часа.
Спрятала в погребе.
Лечила — чем могла. Травы, бинты из старого полотна, холодная вода от жара.
Он был без сознания три дня.
На четвёртый — открыл глаза.
Увидел украинскую крестьянку.
Что-то спросил по-немецки. Она не понимала.
Она принесла воды. Дала пить.
Он что-то сказал. Она не понимала.
Он показал жест — сложил руки ладонями вместе. Спасибо.
Она кивнула.
Он прожил в её погребе три недели.
Нога срасталась — неровно, он потом хромал. Ожоги заживали.
Ганна кормила его — из своего, из того что было мало.
Дети знали. Молчали — она велела молчать.
Когда смог ходить — он ушёл ночью. Куда — она не знала.
Перед уходом — достал из кармана маленький медальон. Серебряный. Протянул ей.
Она взяла.
Он ушёл.
Она не знала жив ли он. Дошёл ли до своих. Попал ли в плен.
1993 год.
Ганна Максимівна — ей семьдесят девять. Живёт в том же доме. Поле то же.
Приехал незнакомец.
Немолодой немец. С переводчиком. С фотографией — старой, 1943 года. Молодой немецкий офицер.
Он показал фотографию.
«Это я. В 1943-м. Вы меня помните?»
Ганна смотрела на фотографию.
Потом на него.
Молодой — рослый, светловолосый.
Пожилой — согнутый, седой, хромает.
«Пам’ятаю», — сказала она.
Его звали Вернер Кляйн. В 1943-м ему было двадцать четыре. После войны вернулся в Германию. Работал инженером. Женился. Дети, внуки.
Всю жизнь помнил украинскую женщину в поле.
Всю жизнь хотел найти.
В 1993-м — стало возможным.
Нашёл.
Они сидели за столом — Ганна, Вернер, переводчик.
Она угостила его тем что было — борщ, хлеб.
Он ел и молчал.
Потом сказал через переводчика:
«Я хочу сказать вам одно. Когда я лежал в вашем погребе и понял что вы меня выходили — я думал: значит не все люди одинаковые. Не все думают так как их учили думать. Это важная мысль».
Ганна слушала перевод.
Потом сказала:
«Ти був пораненим хлопцем. Що я мала робити».
Они пошли в поле.
Стояли там где он упал.
Молчали.
Поле было то же.
