«Мы купили собаку. Потом узнали кто в доме настоящий хозяин»

Пса звали Барон.

Это было его имя в приюте. Мы думали переименовать — что-то более домашнее, менее официальное. Но когда мы первый раз назвали его «Барон» и он посмотрел на нас с таким видом, как будто подтверждает правильность выбора — стало понятно: имя правильное.

Барон был золотистым ретривером, полтора года, из приюта. Нам сказали: спокойный, воспитанный, хорошо ладит с детьми. Всё это было правдой. Они просто не уточнили несколько важных деталей.

Первый день Барон провёл в изучении территории.

Он обошёл всю квартиру методично — как обходит новый сотрудник офис в первый рабочий день. Каждая комната, каждый угол, каждый предмет мебели. Особое внимание — дивану в гостиной. Он постоял перед ним, посмотрел на нас, потом запрыгнул и лёг.

Мой муж Игорь сказал: «Барон, нет».

Барон посмотрел на Игоря.

Игорь сказал: «С дивана».

Барон положил голову на лапы.

Игорь посмотрел на меня.

Я сказала: «Может, один раз можно».

Это была наша главная ошибка.

С первой ночи Барон спал у нас в комнате. Не на коврике который мы купили специально — на полу у кровати, как мы планировали. А между нами с Игорем. Первую ночь мы пытались его переложить. На вторую — смирились. На третью — он уже занимал своё законное место и мы оба спали на краях.

Дети были счастливы.

Наш сын Артём (девять лет) немедленно объявил Барона своим лучшим другом. Это было взаимно — Барон везде следовал за Артёмом, что с одной стороны было трогательно, с другой создавало логистические сложности, потому что Барон весил тридцать два килограмма и в нашей квартире был примерно как шкаф на ножках.

Наша дочь Вика (шесть лет) немедленно начала Барона одевать.

У Барона появился гардероб.

Не сразу — постепенно, по мере того как Вика находила в шкафу вещи которые по её мнению подходили. Сначала был шарф. Потом шапка. Потом какая-то жилетка которую Игорь не сразу узнал как свою любимую домашнюю жилетку, пока Вика не объяснила что «она барону идёт и папе всё равно уже не идёт».

Барон носил всё это с достоинством.

С достоинством вообще была его главная черта.

Он никогда не делал ничего разрушительного — не грыз мебель, не переворачивал мусор. Но он делал вещи которые можно назвать «перестановкой приоритетов».

Например: его место на диване.

Диван в гостиной был рассчитан на троих. После появления Барона он вмещал троих плюс Барон в центре. Это означало что все трое смещались к краям. Игорь несколько раз пробовал занять место раньше Барона — приходил, садился, говорил «моё место».

Барон смотрел на него.

Потом ложился рядом и медленно, незаметно, с интервалом в несколько минут — сдвигался. Буквально по сантиметру. И через двадцать минут Игорь обнаруживал себя на краю дивана с одной ягодицей в воздухе.

Игорь каждый раз говорил: «Барон, я видел что ты сделал».

Барон смотрел в телевизор.

С едой тоже была система.

Барона кормили два раза в день — по расписанию, правильным кормом, всё как сказал ветеринар. Барон к корму относился хорошо, ел аккуратно. Но у него был особый взгляд — он смотрел на людей которые едят за столом с таким выражением, что у Артёма никогда не хватало сил доесть до конца.

Артём говорил: «Мам, Барон голодный».

Я говорила: «Артём, Барон только ел».

Артём говорил: «Но он смотрит».

Потом он смотрел на Барона. Барон смотрел на него.

Артём протягивал последний кусок.

Барон принимал с достоинством.

Апогей наступил в месяц пятый.

К нам пришли гости — мои родители. Мама сидела в кресле, папа занял половину дивана. Барон вошёл в гостиную, осмотрел ситуацию, запрыгнул на диван и лёг рядом с папой. Папа сдвинулся. Барон незаметно сдвинулся следом.

Через тридцать минут папа сидел на краю.

Папа сказал: «У вас пёс немного наглый».

Игорь сказал: «Да».

Папа посмотрел на Барона.

Барон посмотрел на папу.

Папа почесал его за ухом.

Барон закрыл глаза с видом человека который и ожидал именно этого развития событий.

Папа сказал: «Хороший пёс».

Мы все сказали «да».

Это было правдой.

Сейчас Барону три года. В нашей квартире сложился определённый порядок вещей. Барон спит на кровати — на своей стороне, которая с некоторых пор считается его. Диван — совместная территория с приоритетом Барона. Жилетка Игоря по-прежнему у Барона — Игорь купил новую.

Однажды Артём сказал: «Мам, кто в нашей семье главный?»

Я сказала: «Мы с папой».

Артём подумал.

Посмотрел на Барона который лежал посередине дивана пока мы все сидели по краям.

Сказал: «Ну… наверное».

Барон смотрел в телевизор.

С достоинством.